Авторы рассматривают Assassin’s Creed Odyssey (ACO) как эргодический текст: смысл гендера и сексуальности возникает не только из сюжета и визуала, но из действий игрока, механик и исторического контекста. Теоретическая база — перформативный гендер Дж. Батлер и понятие эргодики Э. Аарсета; дополнительно используются MDA и смежные модели для разборки на уровни механик, нарратива и эстетики.
Исторический фон и ограничения
Игра происходит в классической Греции времён Пелопоннесской войны. Источники по античности фрагментарны и в основном написаны привилегированными мужчинами, поэтому знания о женщинах и небинарных позициях власти ограничены и искажены. При этом исследования показывают: несмотря на отсутствие формальных прав, женщины обладали агентностью в экономике, ритуалах, ремёслах и семейной сфере, особенно в Спарте.
Игровой дизайн, выбор игрока и гендер
ACO строится вокруг «история — наш игровой двор»: огромный открытый мир, быстрые перемещения, боевые и исследовательские механики, лёгкие RPG-элементы и иллюзия значимого выбора. На деле большинство выборов (например, убить или пощадить отца) слабо влияют на структуру игры. Это важно: пространство для «игры с гендером» на уровне механик и последствий минимально.
Кассандра: женщина с мужским набором ролей
Игрок может выбрать Кассандру или Алексиса; геймплейно они идентичны. Ubisoft называет Кассандру канонической, но маркетинг акцентирует Алексиса. Внутри игры Кассандра — спартанка, внучка Леонида, мифологизированный герой. Её описывают мужским термином misthios (наёмник), без женской формы. Механики завязаны на насилии, физической силе, лидерстве, командовании кораблём и армиями, участии в Олимпийских играх — исторически мужских ролях.
Визуально Кассандра соответствует современным представлениям о «спартанской» женской атлетичности, но её действия и социальное положение в игре фактически мужские. Это пример «гендер-агностичного» дизайна: меняется только скин, но не структура возможностей. В результате исторический женский опыт почти не репрезентирован — гендер Кассандры «только кожа».
Женские NPC и стёртая историческая власть
Ключевой NPC — гетера и партнёр Перикла Аспасия. В игре она сначала показана как влиятельная посредница, но затем раскрывается как лидер злодейского культа. Потенциальный сюжет о женской агентности в неформальных политических структурах превращается в троп «женщина-интриганка», тогда как Перикл остаётся морально положительным героем. Аналогично, жрицы Артемиды показаны как изолированная боевая фракция, а не религиозная сила с реальным социальным влиянием.
Квест “Daughters of Lalaia”: редкий пример сложного гендера
Побочная линия «Daughters of Lalaia» демонстрирует, что игра способна на более глубокую работу с гендером. В деревне все мужчины на войне, и женщины вынуждены защищаться от отряда «Sons of Xerxes». Игрок взаимодействует с двумя соперничающими сестрами-лидерами и помогает дочери кузнеца преодолеть неуверенность в своих ремесленных навыках. Здесь проговариваются структурные различия власти полов и внутренняя самоцензура женщин. Это один из немногих случаев, когда гендер встроен одновременно в нарратив, механику выбора и социальный контекст.
Секс и сексуальность
ACO впервые для серии даёт игроку множество романтических и сексуальных опций. Отношения возможны с NPC любого пола; игра не маркирует гомо- или гетеросексуальность как отдельные идентичности. Это частично соответствует античной ситуации, где не существовало современных категорий сексуальной ориентации, но в игре отсутствуют жёсткие иерархии и нормы, реально ограничивавшие женщин и не-граждан.
Пример — Алкивиад, харизматичный аристократ, с которым возможны связи независимо от пола протагониста. Мать героя Миррина имеет и мужские, и женские связи. Однако все романы остаются побочными и почти не влияют на основной сюжет. DLC Legacy of the First Blade ломает заявленную свободу, принуждая персонажа к гетеросексуальному союзу ради потомства, что вызвало протест и последующие извинения Ubisoft.
Общая оценка подхода ACO к историческому гендеру
Основной луп ACO — пауэр-фэнтези и линейный рост могущества героя. Он плохо сочетается с исторически ограниченной женской агентностью. В итоге:
- женщины получают «мужской» набор ролей и свобод, не соответствующий эпохе;
- реальные исторические формы женской власти (ритуалы, экономика, посредничество) почти не используются как игровые системы;
- предпочтение даётся современному идеалу индивидуальной свободы и «выбора игрока», а не исследованию конфликтов между этим идеалом и историческими структурами.
Игра позиционируется как исторически достоверная, но фактически предлагает сглаженную, современно-идеализированную картину гендера, где неудобные аспекты прошлого в основном опускаются.
Выводы
- Кассандра формально женщина, но её механическая и социальная роль в игре построена по мужскому историческому шаблону, что стирает специфический женский опыт античности.
- Ключевые женские NPC (Аспасия, жрицы) лишены исторически возможных форм власти или демонизированы, что ведёт к «плоским» репрезентациям.
- Квест «Daughters of Lalaia» показывает, что ACO способна на глубокое, системное осмысление гендера, но это остаётся исключением.
- Сексуальность подана как свободный выбор без учёта исторических иерархий; DLC, принуждающий к гетеросексуальности, противоречит заявленной свободе.
- Фокус на пауэр-фэнтези и универсальном «player choice» блокирует возможность использовать игру как инструмент исследования сложных исторических форм женской агентности.
