Статья рассматривает, как цифровая рыбалка в видеоиграх отражает и переосмысляет отношения человека и нечеловеческого мира в контексте экологического кризиса. Автор опирается на концепцию «плохого экологизма» Николь Сеймур — ироничного, нереверансного подхода к экологии — и показывает, как игры используют рыбалку для подрыва привычных бинарностей «человек/природа» и неолиберальных темпоральностей.
Рыбалка как замедление и «литмус» отношений с нечеловеческим
На примере Red Dead Redemption 2 (открытый вестерн с акцентом на медленный темп) и Hades (рогалик про побеги из Аида) показано, что рыбалка-миниигра часто служит контрапунктом к геймплейной гонке за эффективностью. Ожидание поклёвки создает «радикальную медлительность», позволяя игроку отстраниться от чек-листов, прогресса и продуктивности.
Однако такое созерцательное переживание природы может закреплять романтическую дихотомию «дикая природа vs культура» и игнорировать реальное антропогенное воздействие (перелов, аквакультура, загрязнение). Исследования по «blue humanities» и социологии рыбалки (Франклин, Булл) показывают, что в практике ужения возникает и другое измерение: телесное «встраивание» в водный ландшафт (waterscape), внимание к материальности воды и рыб, к взаимному влиянию человеческого и нечеловеческого.
Радикальная цифровая рыбалка
Автор вводит термин «radical digital fishing» для игр, где рыбалка — не побочный контент, а центральная система, которая:
- ломает жанровые и геймплейные ожидания;
- подрывает романтизированное представление о природе;
- использует юмор или «weird» (чувство неправильности) для проблематизации экологического дискурса.
Ключевые кейсы: Dave the Diver (гибрид платформера, менеджмента суши-бара и множества мини-игр) и Dredge (рыболовный хоррор-пазл с лавкрафтианской атмосферой).
Dave the Diver: сатира, жанровый микс и «плохой экологизм»
В Dave the Diver игрок днём ныряет в аномальную «Голубую дыру», а ночью управляет суши-рестораном. Экосистема смешивает реальные и доисторические виды, а под водой живут антропоморфные «Морские люди» — гибриды человека и рыбы, чья цивилизация страдает от таяния ледника (прозрачная аллегория глобального потепления).
Организация Sea Blue пародирует экологический активизм: её лидер обвиняет Дэйва в разрушении экосистемы, но позже выясняется, что организация прикрывает прибыльный бизнес по продаже дельфиньего мяса и не трогает крупный индустриальный рыболовный капитал. Игра критикует фокус на индивидуальном потреблении и лицемерие «зелёного» дискурса.
Сам геймплей рыбалки остаётся трудозатратным на протяжении всей игры: разные паттерны движения и атак рыб, QTE на крупных особях, постоянная необходимость тактических решений. Это подчёркивает телесное усилие и не сводит рыбалку к абстрактному ресурсу.
Важен и процедурный уровень: каждый дайв — новая конфигурация карты, смена биомов, времени суток и погоды, новые виды и угрозы. Это создаёт ощущение живой, ускользающей материальности моря и подрывает иллюзию полного контроля.
Игра постоянно добавляет новые жанровые модули (гонки на морских коньках, карточные игры, фермы, мини-пазлы, шутер в титрах), превращаясь в мета-игру о жанрах и мини-играх. Она заимствует расслабленную эстетику «казуала», но встраивает её в сложную систему и сюжет, критикуя и казуальный гринд, и неолиберальную логики эффективности.
Через юмор, гибридность жанров и фигуру Морских людей Dave the Diver размывает границу человек/нечеловек, показывает масштаб индустриального воздействия и высмеивает упрощённый, морализаторский экологизм.
Dredge: «weird» рыбалка и распад субъективности
Dredge подаётся как рыболовная игра, но фактически это навигационный пазл-хоррор. Игрок управляет лодкой, ловит рыбу в разных архипелагах и продаёт её, чтобы улучшать судно и снаряжение. Рыбалка реализована через тайминговые мини-игры.
С самого начала вводится запрет на ночную рыбалку и намёки на скрытую угрозу. Появляются «аберрации» — мутировавшие рыбы, которые стоят дороже, но сигнализируют о «неправильности» мира. Таинственный Коллектор поручает герою вылавливать затонувшие реликвии через механику драгирования.
Рыба в Dredge выполняет несколько функций:
- валюта для прогресса (продажа и апгрейды);
- ключ к пространственным головоломкам (конкретные виды нужны для активации объектов и проходов);
- маркер онтологического сбоя (мутанты, связка с безумием героя).
Ночная рыбалка связана с риском: падает «санити»-метр, появляются фантомные скалы, возрастает шанс крушения. Основной поток игры строится на ритме «манёвры лодки — мини-игра рыбалки/драгирования — навигация в лабиринтных архипелагах», что телесно вовлекает игрока в водный ландшафт, хотя камера дальше от тела, чем в Dave the Diver.
Финальный твист: Коллектор — это сам герой; история о реликвиях и море — про его собственный распад субъективности. Мутации рыб и безумие персонажа связываются в единую линию «заражения» человеческого нечеловеческим. Так игра использует традицию weird fiction (Лавкрафт, «новый weird»), чтобы разрушить стабильную границу между психикой и природой.
В отличие от типичных «рыбалка как отдых» мини-игр, Dredge встраивает рыбалку в сердцевину нарратива и головоломок. Это превращает рыбалку в механизм дефамильяризации: привычное действие (ловля рыбы) становится проводником к переживанию онтологического и экологического «непорядка».
Выводы
- Рыбалка в играх может быть инструментом сопротивления неолиберальным темпоральностям, но часто одновременно закрепляет романтический миф о «дикой природе».
- Dave the Diver через юмор, жанровую избыточность и сюжет о Морских людях и Sea Blue демонстрирует «плохой экологизм», критикуя индивидуализацию вины и размывая границу человек/нечеловек.
- Dredge использует эстетику weird и механику рыбалки как ядро навигационных и нарративных головоломок, связывая мутации рыб с распадом человеческой субъективности.
- В обоих кейсах рыбалка перестаёт быть расслабляющей мини-игрой и становится центральным дизайнерским приёмом для проблематизации человеческо-нечеловеческих отношений.
- Такие «радикальные» рыболовные игры показывают потенциал экоигр, которые не поучают, а через иронию и странность усложняют экологическое воображение игрока.
